Выберите страницу

Язык мёртвых

Я уже второй день думаю о некроязе. Это слово я услышала от Александры Архиповой, антрополога.

Говоря о языке тоталитарного государства, она объясняла, почему язык путинского режима нельзя отождествлять с новоязом, описанном в романе Оруэлла «1984».

Новояз — это официальный язык государства, который меняет смысл, называет чёрное белым, а несвободу свободой, подчиняя тем самым себе мысли людей.

Путинский же некрояз не является официальным языком. Все эти хлопки вместо взрывов, отрицательные росты и наступательные отступления — это неофициальные методички, объясняющие, как нужно преподносить официальные новости.

Некрояз — это бубнёж зомбированных мертвецов, которые утаскивают за собой живых людей в уютный мир не взрывов, но хлопков, не боевых потерь, а фейков, не безработицы, а трудовых каникул, отрицательного роста и т.д. и т.п.

На мой взгляд, некрояз отличается от оруэлловского новояза не только неофициальным статусом.

Я бы назвала главной особенностью некрояза то, что, подхватывая общий смысл методичек, дальше люди сами додумывают, как им говорить так, чтобы избежать недовольства власти.

Например, ни одно российское СМИ не напишет слово «мобилизация», не добавив при этом «частичная» — это методичка. По методичке нельзя говорить просто «мобилизация», и не дай бог сказать «полная мобилизация».

К чему же приводит запрет упоминать мобилизацию без определения «частичная»? К тому, что пропагандисты начинают добавлять слово «частичный» в том числе и в сочетании со словом «мобилизованные».

Частично мобилизованные, понимаете?

Именно это вербализованное принятие искажения в качестве реальности — и есть некрояз. Когда люди начинаюсь сами искажать смыслы и придумывать новые значения словам без всякого напоминания или требования со стороны государства. И это даже не эзопов язык, к которому мы прибегаем, когда хотим донести до людей правду, но хотим при этом избежать наказания.

Никто не заставляет «журналистов» называть мобилизованных «частичными». Но они это делают.

Почему? Потому что — тоталитарное государство.

«Демократия России не нужна — люди хотят, чтобы ими правил вождь».

«Путин воюет со всем Западом, а не только с Украиной».

«Гитлер, между прочим, пришёл к власти демократическим путём».

Каждое из этих утверждений является ложью. Но мы бездумно повторяем эту ложь, множа и распространяя её. Вот этот некрояз внедряют не методички пропагандистов, а мы сами.

…Почему власть так боится слова «война»? Потому что власть прекрасно понимает, что язык — это пуповина, которая связывает человека с его существованием. Лишая человека права свободно пользоваться словами, власть лишает его свободы действия. Власть становится тотальной.

Страх перед словом — это страх перед действием. Затыкая нам рот, власть буквально лишает нас возможности действовать.

Слово может быть анестезией, но может стать и оружием.

Давайте же по мере возможности возвращать словам смысл. Это единственное сопротивление, которое у нас осталось.

Ирина Яценко

На фото — «Эскиз самого долгожданного во всём мире надгробия».

* * *

Вы поможете сайту, сделав несколько перепостов его публикаций в социальных сетях (Facebook, Twitter, Google и других). Сделай доброе дело!

Подписывайтесь на наш Телеграмм-канал, где вы сможете обсудить новости. https://t.me/rurik_ua


Язык мёртвых

Об авторе

Rurik

Рюрик Станіслав - патріот України, радіоаматор і блогер який займається боротьбою з агресією і пропагандою нацистської Росії в радіо ефірі.